Он просто стоит перед Богом – за свой народ, за свою Украину
Два года назад в августе Украинская Православная Церковь обрела своего нового Предстоятеля. Им стал Блаженнейший митрополит Онуфрий. Много слов уже сказано о нашем Предстоятеле. Добавить, в принципе, нечего. Можно подчеркнуть. И если бы я давал ему характеристику, то сказал бы так – молитвенник.
Возможно, вы удивитесь, услышав такое о человеке. "Подумаешь, молитвенник? Что тут выдающегося, замечательного?" – кто-то спросит. Действительно, для мира, в котором мы живем, а точнее для большинства людей, молитва не значит практически ничего. В лучшем случае – это средство релаксации и аутотренинга. В худшем – пустая трата нервной энергии. Мир смотрит на молитву чаще всего как на медитацию, то есть как на разговор с самим собой или как на попытку такого разговора избежать. И потому он (мир) совершенно не воспринимает молитву как определенного вида делание, как труд. Тот, кто молится, в глазах мира бездельничает или отдыхает.
Но это далеко не так. Давно замечено, что физический труд намного легче духовного. Даже на посту стоять не так тяжело, как на богослужении. Молитва требует совершенно иных усилий, чем, например, работа в поле. Ведь если в поле нужно напрягать только тело, то в храме не обойтись без мобилизации всего психофизического состава человеческой природы.
Дело в том, что во время молитвы человек становится выше самого себя, ведь он обращается к Создателю, к Своему Творцу. И тут мало только слов – нужна еще чистота сердца, помыслов, желаний. Именно поэтому так мало настоящих молитвенников на земле – потому что мало чистосердечных.
Наш Блаженнейший – молитвенник. Для него молитва – самое главное дело. Он трудится в молитве, но делает это так, что хочется трудиться вместе с ним. Он не говорит громких слов, не бросается звучными фразами, никого и никуда, кроме Небесного Царствия, не зовет. Он просто стоит перед Богом – за Церковь Христову, за свой народ, за свою Украину, за весь мир. Одним словом – Предстоятель. И молитвенник.
Читайте также
Опьянение Богом: почему Исаак Сирин молился за демонов, не веря в вечный ад
Церковь вспоминает святого, чье богословие – это радикальный протест против сухих законов религии. О том, почему Бог не справедлив, а ад – это школа любви.
Что будет с христианством, когда оно перестанет быть оплотом цивилизации?
Западные демократии любят вспоминать о свободе вероисповедания… когда им выгодно. Когда нет – прекрасно дружат с гонителями христианства.
Скальпель и крест: Разговор с хирургом, выбравшим Бога в разгар террора
Ташкент, 1921 год. Профессор хирургии надевает рясу и идет в операционную. Я спрашиваю: зачем? Он отвечает, но не так, как я ожидал.
Бог, Который бежит навстречу
Мы иногда думаем о Боге как о строгом судье с папкой компромата. Но притча о блудном сыне ломает этот стереотип.
Зеркало для пастыря: Нравственность священника – это вопрос безопасности
4 февраля – память апостола Тимофея. Как больной юноша восстал против языческой оргии. Его единственное оружие – честность.
Бог на койке №2: Последний разговор с Нектарием Эгинским
Митрополит умирает в палате для нищих. Директор больницы не верит, что этот старик в грязной рясе – епископ. Что остается от человека, когда болезнь срывает все маски?