Неканоничность в третьей степени

Согласно некоторым источникам, Вселенский патриархат рассматривает возможность принять УПЦ КП под свой омофор, если ее предстоятель напишет покаянное письмо и согласится на должность митрополита. Таким образом, Константинополь, называющий себя Матерью-Церковью Киевской митрополии и апеллирующий к истории признания автокефалии Польской Православной Церкви, предполагает обойти признанное всеми Поместными церквями анафематствование Филарета.

Однако неканоничность лидера украинских раскольников происходит не только из-за сложностей его взаимоотношений с Москвой. Даже сейчас сохраняются основания, исключающие возможность признания Филарета клириком Единой Святой Соборной и Апостольской Православной Церкви.

Напомню, самозваный «патриарх Киевский и всея Руси-Украины» был извергнут из сана, а затем отлучен от Церкви решением Собора Русской Православной Церкви в связи с его антицерковной деятельностью, в том числе – постоянной поддержкой раскольнических движений в Сербии, Болгарии и других странах. Таким образом, предание Филарета анафеме – не просто ответ на внутренние противоречия в РПЦ, к которой принадлежал мятежный митрополит, и отнюдь не заговор Москвы против неугодного иерарха. Этот шаг был сделан в интересах всей Церкви, и именно поэтому отлучение Филарета было поддержано всеми Поместными церквами.

Читайте также: Филарет, как апологет глобального раскола в мировом православии

Более того, УПЦ КП и поныне преступает каноны Православной Церкви. Вот, например, история «митрополита» Парижского Михаила (в миру – Филипп Лярош). С 1972 года входил в состав Православной Кафолической Церкви Франции в юрисдикции Румынского Патриархата. В 1978 году перешел в неканонический греческий старостильный Авксентьевский Синод. В 1987 году был снова принят в Румынскую Православную Церковь, но уже непосредственно в ее Западно-Европейскую епархию. В 1996 году Ляроша, возведенного к этому времени в сан протоиерея, снова потянуло «налево», и он присоединился к неканонической «Православной Автономной Митрополии Западной Европы и Америки» («Священному Миланскому Синоду»). Данная юрисдикция в 1990 году отделилась от того же Авксентьевского Синода, вошла в общение с УПЦ в США, а затем в 1994 году пристала к УПЦ КП на правах автономии. Пожалуй, единственный пример «верности» Филипп Лярош явил в 1996 году, когда после разрыва между «Миланским Синодом» и главой УПЦ КП Филаретом остался с последним. Пострижен в монашество с именем Михаил.

Впоследствии, как и глава «Миланского Синода» Евлогий (Хесслер), предпринимал попытки выйти из раскола и войти в общение с Московским Патриархатом. Несмотря на это, в 2014 году Синод УПЦ КП решил, что «в связи с отсутствием свидетельств об исключении или выходе преосвященного митрополита Михаила (Лярош) из юрисдикции Киевского Патриархата, установить, что преосвященный Михаил (Лярош), митрополит Парижский, принадлежит к епископату Украинской Православной Церкви Киевского Патриархата».

На этом примере становится очевидно, что в юрисдикции «патриарха» Филарета есть и те, кто хорошо осознает свой раскольнический статус. Вероятно, именно поэтому такие «епископы» готовы бросаться во все тяжкие, все больше и больше попирая каноны Церкви. Так, в число клириков т.н. Православной епархии Парижа и всея Франции (Киевского патриархата) в сане митрофорного протоиерея был принят откровенный сектант Петр Парво (Petru Parvu).


До этого он находился в раскольническом сообществе, не имеющем апостольского преемства и возглавляемом «патриархом Европы Николаем». Как оказалось, сами верующие т.н. Православной епархии Парижа и всея Франции серьезно обеспокоены этим фактом, называют Петра Парво еретиком и не желают принимать причастие из его рук, считая совершаемые им Таинства недействительными. Что уж говорить о том, как к этой истории должны отнестись представители канонических автокефальных церквей!


Как известно, 12-е правило Св. Апостолов гласит: «Аще кто из клира, или мирянин отлученный от общения церковного, или недостойный приятия в клир, отшед, в ином граде принят будет без представительной грамоты: да будет отлучен и приявший и приятый». Несмотря на это, глава УПЦ КП Филарет не только не принял никаких мер против такой неразборчивости своего Парижского «митрополита», но и сам сослужил с «протоиереем» Петром. А следовательно, возникает вопрос: каким образом в Константинополе собираются оправдать такие неканонические действия Филарета? Известны ли эти факты членам специальной комиссии Св.Синода Вселенского патриархата и поставят ли они в известность о них своего Предстоятеля? И какие могут быть последствия для патриарха Варфоломея, если он все-таки примет под свой омофор главу украинских раскольников, который только и делает, что распространяет раскол, поддерживает «волков в овечьих шкурах», и тем самым уводит неосторожных чад Православной Церкви от Христа?

Читайте также: Киевский патриархат как инструмент для дестабилизации Православия

Читайте также

Как ПЦУ и УГКЦ превращают исполнителей Волыни в героев

Две конфессии, претендующие на особую роль в государстве, героизируют персон, за которыми стоят тысячи жертв среди мирного населения. Как и зачем они это делают?

«Храм всех богов» вместо дома Богородицы: зачем власти пантеон в Лавре

Из Лавры изгнали монахов, провели там концерты и кулинарные шоу, устроили кощунственные манипуляции с мощами. А теперь строят неоязыческий пантеон.

Зачем православные иерархи приучают нас к «архиепископессам»?

Патриарх Феофил принял Сару Маллалли в Иерусалиме, на Фанаре молятся с «епископессами»-лесбиянками. Это не вежливость и не дипломатия. Так открывается окно Овертона.

Визит папы, майданы и «уход от Москвы»: кто выиграл?

Еленский признал, что визит Иоанна Павла II стал шагом «прочь от Москвы» и связан с двумя Майданами. Посмотрим, что от этого получила УГКЦ, а что – вся остальная Украина.

Отлучение Кохановской: о чем умолчал одесский указ

В УПЦ возник конфликт из-за указа Одесского митрополита об отлучении от Причастия правозащитницы Виктории Кохановской.

Горящая Лавра: почему христианин не может быть частью войны ненависти

Полыхающая крыша Успенского собора – это образ нашего времени.