Притча: Есть ли жизнь после родов?
Настоящая жизнь начинается после родов
– Ты веришь в жизнь после родов? – спрашивает брата неверующий младенец.
- – Конечно, – ответил тот. – Ясное дело, что жизнь после родов существует. Мы здесь только для того, чтобы окрепнуть и быть готовыми к тому, что нас ждет потом.
- – Глупость, – возразил ему брат. – Никакой жизни после родов не бывает. Ты хоть можешь представить, как она будет выглядеть?
- – Я не знаю всех деталей, – сказал верующий младенец, – но верю, что там будет больше света. Может быть, в той жизни мы даже будем сами ходить и есть своим ртом.
– Какая ерунда, – возразил ему брат. – Это же невозможно: самим ходить и есть ртом. Об этом даже говорить смешно! У нас есть пуповина, которая нас питает. Наша жизнь – пуповина, она и так слишком коротка, чтобы думать еще о чем-то другом.
- – Но там все будет совсем по-другому, – ответил верующий младенец. – В любом случае мы там увидим маму, и она позаботится о нас.
- – Маму? Ты веришь в маму? И где же она находится?
- – Она везде, вокруг нас, мы в ней пребываем. Благодаря ей мы движемся и живем. Без нее мы просто не могли бы существовать.
- – Полная ерунда. Я не видел никакой мамы, и поэтому для меня очевидно, что ее просто нет! – воскликнул неверующий младенец.
- – А я точно знаю, что она есть, – сказал верующий. — Иногда, когда все вокруг затихает, можно даже услышать, как она поет, и почувствовать, как она гладит нас. Вот увидишь, наша настоящая жизнь начнется только тогда, когда мы родимся.
Читайте также
Практика причастия мирян: как менялась за 2000 лет
За два тысячелетия истории Церкви менялась не только частота принятия Тайн, но и само внутреннее отношение к нему. О том, как Евхаристия прошла путь от «ежедневного хлеба» до редкой награды и обратно.
Почему Торжество Православия – это праздник художников
В Британском музее хранится небольшая икона – тридцать семь сантиметров высоты. Именно с нее стоит начать разговор о том, что произошло в марте 843 года.
Зарытый заживо: как игумен Афанасий переиграл королей и иезуитов
Его убивали трижды – отлучали от сана, заковывали в колодки, расстреливали. Восстанавливаем хронику подвига святого по документам.
Рассказы о древней Церкви: состояние духовенства в первые века
Источники этого времени рисуют довольно неоднозначную картину состояния клира. Чтобы ее себе представить, разберем три аспекта: образование, нравственность и обеспечение.
Математика узла: почему вервица остается бесшумным оружием
Предмет, который обыватель принимает за украшение, монах получает при постриге как духовный меч. Что прячется в девяти переплетениях одного узла?
Серебряные подсвечники: как милосердие становится ценой спасения души
Мы часто воспринимаем прощение как легкий жест. Но сцена из романа Виктора Гюго открывает иную правду: за свободу другого всегда приходится платить своим серебром.