Правдивая сказка о Томосе

Бог дал нам свой ТОМОС: «Заповедь Новую даю вам, да любите друг друга, как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга»

В одной стране пошел дождь, нет – проливной ливень, да такой, что не осталось ни одного человека, который бы под ним не промок. Но чудо было в том, что каждая молекула этого ливня была пропитана Небесной ЛЮБОВЬЮ. И получилось так, что эта ЛЮБОВЬ вошла в каждую клеточку всех людей, которые попали под этот Чудесный Дождь.

Потом вышло солнце, и мир стал совершенно другим. Люди стали улыбаться друг другу. Исчезла всякая вражда и ненависть. Солдаты с ужасом и отвращением побросали оружие, водители маршруток соскакивали с сидений и сами стали подсаживать старушек-пенсионерок в автобусы. Из языка людей исчезли все матерные слова. Забота у жителей этой страны была только одна – любить всех и каждого, служить людям, молиться о них, сострадать, миловать, миловать и миловать. Не помнить зла, не желать никому зла, не говорить и даже бояться мыслить о зле!

После этого дождя исчезли все вопросы и претензии. Каждый стал жить с любовью, делать свое дело с любовью, прощать с любовью, относиться не только к людям, но даже к самой маленькой букашке, к веточке на дереве с любовью. В этой стране наступил МИР. 

Все что нам нужно – это любовь. Для единства нации, Церкви, людей друг с другом, для всего того, что на бытовом языке зовется счастьем, нам нужно только одно - ЛЮБОВЬ. Какие же мы все-таки слепцы и глупцы, как мы не понимаем того, о чем учит нас БОГ. Наибольшая заповедь и, пожалуй, единственная, которую нужно исполнять – это ЛЮБИТЬ! Если бы мы научились любить, все остальные заповеди нам были бы не нужны. Почему мы никак не можем понять, что все «законы и пророки», все правила и предписания, все нормы канонического права, все жития святых и праведников, каждая буква Евангелия, все то, что дает нам Церковь – ВСЕ ЭТО ради одного – чтобы мы научились ЛЮБИТЬ БОГА И ЛЮДЕЙ. 

Бог открыл нам свое новое ИМЯ, то, которое никто до этого не знал и не слышал даже о нем. Всем был известен БОГ Всеведения, Всемогущества, Премудрости и проч., но никому не был известен Бог, который может любить своих врагов. Тот, кто способен умереть за них, кто способен мучаться и страдать ради тех, кто Его ненавидит. 

Войти в Жизнь Вечную может только тот человек, который облачится в ризы ЖЕРТВЕННОЙ ЛЮБВИ – другого пути нет. Царство Божие – это, прежде всего, Царство Любви, это Царство кротких, чистых и смиренных детей, а не воинов-завоевателей. 
Бог дал нам свой ТОМОС: «Заповедь Новую даю вам, да любите друг друга, как Я возлюбил вас, так и вы да любите друг друга». (Иоанн. 13:34). Но мы заменили его на свои мелкие «томосики» мнений, суждений, интересов, выгоды и проч. У каждого такого «томосика» своя правда, но истина-то одна и называется она – ЛЮБОВЬ.

Читайте также

Старцы Газы: как «духовные коучи» VI века лечили душу через молчание

В эпоху «антизатвора» и цифрового шума советы святых о «расцеплении» с эго и гигиене сознания становятся радикальным лекарством для современного человека.

Напротив закрытых дверей: почему Адам стал первым беженцем в истории

Разбираемся, почему изгнание из рая – это не древний миф, а история каждого из нас. О том, почему Бог ищет человека первым, и как пост помогает вернуться домой.

Мешок терпения и мешок смирения от старца Исаии

Фронтовик, кавказский пустынник и неудобный для властей обличитель. История жизни схиархимандрита Исаии (Коровая), который лечил травами, изгонял бесов и предсказал церковные нестроения.

Скальпель Бога: разговор у гроба жены с профессором Войно-Ясенецким

О пределе человеческой прочности, о том, как из пепла земного счастья рождается святитель, и почему Бог оперирует нас без анестезии.

Вечны ли вечные муки? Спор, который не утихает полторы тысячи лет

​В Неделю о Страшном суде мы задаем самый неудобный вопрос христианства: как Бог-Любовь может обречь Свое творение на бесконечные страдания?

Сретенская свеча: свет во откровение языков или магический оберег?

Зачем освящать свечи на Сретение особым чином и как христианская традиция победила древние страхи перед громом и чумой.