Мертвые и живые иконы
VII Вселенского собора
Аргументов по догматическому обоснованию почитания икон написано немало. Полемических книг, посвященных этой теме, тоже можно насобирать не одну библиотеку. Поэтому мы освятим тему иконопочитания в несколько ином ключе.
Как известно, в переводе с греческого «икона» – это образ. Все, что мы видим вокруг себя, можно назвать иконой. Мы не можем проникать в суть вещей, она скрыта от нашего взора. А то, что мы видим на поверхности, это лишь образ того, что находится внутри. Это касается всего сущего будь то человек, зверь или т.н. неживая природа. Но Бог не создавал ничего мертвого. Все, от ангела до камня, живет своей, только им и Богу ведомой жизнью. Если что-то скрыто от нашего понимания и осмысления, это еще не значит, что оно есть мертвое и «не-сущее».
Мы живем в мире икон и сами являем собой икону. Человек на протяжении всей своей жизни является творцом икон. Люди оставляют следы своей личности в книгах, картинах, стихах. Все это – иконы нашей ипостаси. Слова, жесты, поступки – иконографическое творчество наших душ, которое имеет свой запах и послевкусие. Мы раскрываем суть нашего образа в эмоциях и действиях, в самой направленности жизни нашей души.
В этом иконописном творчестве тяжело скрыть фальшь. Все, чем мы являемся, проявляется в таких иконописных красках, которым невозможно дать еще определения. С годами мы учимся различать эти краски и читать людей не по тому, что они говорят, а потому что мы видим в их глазах, в том что написано на их лицах, по тому еле уловимому запаху души, который исходит из внутренней клети сердца.
Сегодня мы слышим много лживых слов и обещаний. Как правило, люди носящие в себе подобие дьявола облачаются в одежды ангела света, но их глаза выдают внутренний запах серы. Удивительно, но мы нередко видим, как собака смотрит на нас добрыми человечьими глазами, а люди – злыми волчьими. И это нельзя никак спрятать, как не старайся. Волк из сказки о семерых козлятах, может сделать свой голос похожим на голос мамы-козы, но он никогда не сможет переделать свою душу. А глаза – это зеркало души.
Это сложная наука – учиться видеть невидимое и осязать неуловимое, но для тех, кто хочет спастись, это необходимо. Не только вне нас, но и внутри нас есть множество икон. К нам приходят образы мыслей, чувств, переживаний. Как различить – кто откуда пришел? Где посланцы Неба, а где незванные гости из преисподней? Это можно сделать по тем плодам, которые они приносят. Смущение, страх, беспокойство говорят о том, что дух этих образов явно с левой стороны. И наоборот – мир, покой, умиление, покаяние, свидетельствуют о добрых гостях. Так человек учится науке «различению духов».
Есть еще одна путаница в наших головах. Мы часто неправильно понимаем живое и мертвое. Мертвым по науке небесной биологии называется то, что отделено от Бога, и таким образом само себя лишило возможности участвовать в жизни сотворенного Богом мира. Поэтому мы видим вокруг себя очень много мертвых икон якобы живых людей. Это «мертвецы которые хоронят своих мертвецов», рождающие иконы мертвых мыслей, слов и суждений. Они гниют, разлагаются и запах их вони наполняет собой пространства социальных сетей, телевизионных эфиров, газетных публикаций.
Но есть и живые иконы, притом это не только те, которые живут в человеческих телах. Образы, которые присутствуют в росписях храмов, которые смотрят на нас из церковных и домашних иконостасов, суть живее всех живых. Из них на нас глядят живые глаза небожителей, которые видят наши нужды, скорби, слышат наши молитвы. И тогда сердцем понимаешь и чувствуешь, что ты не один. Над нами, возле нас, вокруг нас, огромное духовное Небо в котором живут наши духовные отцы и учителя, усопшие сродники вместе со святыми ангельскими силами. Они с нами, нас много, и нам нечего бояться мертвецов, которые пока еще ходят рядом с нами, пытаясь нас запугать. Земля, по многочисленным свидетельствам Библии, уготована в будущей жизни кротким и смиренным, а значит что и эти мертвые иконы расстают как снег весной, и уйдут когда-то под землю в свои вечные мрачные обители. Нам же нужно учиться преображению из славы в славу, от силы в силу, чтобы свет Первообраза наших святых икон проникал как можно глубже в душу, освящая ее светом своей красоты и благодати.
Читайте также
Святой «мусор»: Литургическая Чаша из консервной банки
Ржавая банка из-под рыбных консервов в музее. Для мира – мусор. Для Церкви – святыня дороже золота.
Объятия Отца: Почему у Бога на картине Рембрандта разные руки
Картина, где у Бога две разные руки. Одна – мужская, другая – женская. Рембрандт умирал, когда писал это. Он знал тайные смыслы своего полотна.
Операция «Рим»: Борьба за кресла в Сенате
Подложные документы, афера с бланками и два собора в одном городе. Продолжение расследования самого циничного предательства в истории восточноевропейского христианства.
Эстетика убежища: Почему христианство всегда возвращается в катакомбы
Роскошные соборы – временная одежда Церкви. Ее настоящее тело – катакомбы. Когда нас загоняют в подвалы, мы ничего не теряем. Мы возвращаемся домой.
Мат – это вирус: как одно грязное слово убивает целый мир
О том, почему брань – это семантическая импотенция, как мозг рептилии захватывает власть над личностью и почему Витгенштейн был прав.
Бюрократия ада: Почему «Письма Баламута» – это зеркало современности
Дьявол носит костюм-тройку и работает в офисе. Разбираем книгу Клайва Льюиса, написанную под бомбежками Лондона, и понимаем: война та же, только враг стал незаметнее.