Мой любимый святой: видимые и невидимые чудеса преподобного Серафима

Преподобный Серафим, саровский чудотворец. Фото: pravmir.ru

Проходили годы, я уже стал священником и прослужил в Церкви немало лет, но по разным причинам мне поехать в Дивееево так и не получалась. Даже в сложной жизненной ситуации, когда я чувствовал внутренний призыв и, можно сказать, старец звал меня к себе, я почему-то медлил ехать. Хотелось поехать с матушкой и дочкой, а добираться из Запорожья через Москву в Дивеево с несколькими пересадками, с пересечением границы, со всеми непредвиденными обстоятельствами довольно дальнего и сложного пути, я не решался.

Но преподобный Серафим удивительным образом устроил все сам. Потому иначе, как чудом, паломничество в Дивеево я назвать не могу.

Со мной связались совершенно незнакомые мне люди и предложили принять участие в международной богословской конференции. Конференция проходила в Нижнем Новгороде, откуда рукой продать до Дивеево. Более того, приглашающая сторона взяла на себя все расходы по проживанию, проезду и питанию. На мою просьбу посетить обитель батюшки Серафима гостеприимные хозяева ответили готовностью отвезти нас и привезти обратно в любое время. За долгие годы своей работы в вузе и участия в разного уровня конференциях со мной такое случилось в первый и, я думаю, в последний раз. Таких предложений я не встречал ни разу. Не согласиться было невозможно.

На мою просьбу посетить обитель батюшки Серафима гостеприимные хозяева ответили готовностью отвезти нас и привезти обратно в любое время.

Отработав на конференции, мы всей семьей поспешили к батюшке Серафиму. Было чувство, что я попал не просто в один из русских монастырей, а в место, где Небо соприкасается с Землей. Присутствие святого старца ощущалось физически. Его «Радость моя» было разлито повсюду. Застывшая неподвижность Пасхальной радости пропитала собой каждый цветок, каждый камушек. Казалось, что даже птицы здесь поют Пасхальный канон. А небо… Такого неба я не видел больше нигде.

Одним из сильных впечатлений стало мое переживание глубокого стыда за свое малодушие и нерешительность. Идя к храму, я увидел пожилую женщину, едущую на инвалидной коляске к канавке. Ей нужно было преодолеть несколько небольших бордюрчиков, и я решил ей помочь. По дороге разговорились. То, что я услышал, повергло меня в шок.

Казалось, что даже птицы здесь поют Пасхальный канон. А небо… Такого неба я не видел больше нигде.

Оказывается, они приехала сама из Киева! Более того, такое путешествие эта раба Божия предпринимает не первый раз. Но как можно неходячему инвалиду добраться, как минимум с тремя пересадками, из другой страны до Дивеева одной?

– А я батюшке Серафиму помолюсь, и он всегда все устроит. Люди помогают: подсадят, уступят нижнее место, поднесут. Люди – они добрые. С Иисусовой молитвой и Божией помощью так и добираюсь. Очень люблю батюшку Серафима. Когда уезжаю из монастыря, чувствую сердцем – он меня до самых ворот провожает и благословение свое дает на дорожку. Старая уже, совсем больная, но не могу сюда не приезжать, душа тянет.

Что же должен был чувствовать в это время я, здоровый и еще не старый священник, стоя рядом с этой пожилой женщиной? Огромное чувство стыда испытал я тогда за свое малодушие.

Такие люди в наше время и входят во врата вечности. Они не видимы, ничем не примечательны и никому не известны. Но именно ради таких людей Бог терпит и милует нас. Это те плоды, ради которых сухое, еле живое дерево земной цивилизации еще не срубается и не сжигается апокалиптическим огнем.

Огромное чувство стыда испытал я тогда за свое малодушие.

В одном гостиничном номере с моей супругой жила женщина по имени Галина, перенесшая множество операций. По внешнему виду она была очень болезненная. Ее не слушались пальцы, так что даже пуговицы на кофточке ей было тяжело застегнуть. Полночи она молилась, вычитывала множество синодиков, и вообще было чувство, что молитва не сходила с ее уст.

Моя жена помогала ей застегивать эту самую кофточку, а приходилось это делать довольно часто. В номер приходила то одна женщина, то другая, и почему-то просили на время эту самую кофточку. Супруга задала ей вопрос: «А зачем они ее берут?». «Я не знаю. Мерзнут, наверное», – с улыбкой ответила та.

Это те плоды, ради которых сухое, еле живое дерево земной цивилизации еще не срубается и не сжигается апокалиптическим огнем.

Но матушка потом поинтересовалась у других людей, что это за явление такое необычное. И услышала удивительную историю. Оказывается, эта женщина часто приезжает в Дивеево. Ее здесь знают. Она молитвенница и, несмотря не болезни и страдания, живет очень высокой духовной жизнью.

Однажды в монастыре тяжело заболела какая-то паломница. Ее знобило и Галина надела на нее свою кофточку. И вдруг случилось чудо! Температура понизилась, и она почувствовала себя совершенно здоровой. Потом то же самое произошло с другой женщиной, у которой сильно болела голова. Так в монастыре заметили, что если у какое бы у кого-то не случилось недомогание, то надевшему кофточку этой подвижницы Бог подавал здравие.

Мне думается, что и сама Галина, отдавая на время свою вещь, усердно молится за страждущего человека.

Из Священного Писания мы знаем, что пояс и платки, которыми опоясывался апостол Павел, исцеляли больных. А у апостола Петра исцеляла даже его тень, упавшая на больного. Поэтому нет ничего удивительного, если та же благодать действует и ныне через истинных рабов Божьих. Потому, что Бог вчера и сегодня один и тот же.

*   *   *

Старцем в Дивеевском монастыре, по словам его насельниц, является сам батюшка Серафим. Со всеми вопросами, недоумениями, за решением сложных обстоятельств монастырской жизни монахини обращаются прямо к преподобному Серафиму. Они подходят к его мощам и разговаривают с нам, как с живым. И он невидимо и безгласно руководит, наставляет, управляет всей монастырской жизнью.

Старцем в Дивеевском монастыре, по словам его насельниц, является сам батюшка Серафим.

Главным чудом Дивеева является канавка Богородицы. Географически находясь на Земле, она проходит по Небу. Это невозможно не почувствовать, если, оставив мысли о суетном, идти по ней с молитвой. А если пройтись по тропинке с Богородичным правилом глубокой ночью, то можно убедиться, что она превращается в серпантин, который с каждым пройденным кругом возносит тебя все выше и выше к Небу, туда, где «звезда от звезды разнится в славе». На этом пути понимаешь, что для Бога не важно, монах ты или мирянин, для Него важно лишь одно – чистое ли у тебя сердце, благие ли твои намерения, есть ли у тебя смирение.

А еще ты особенно ясно понимаешь, что «Радость моя» Серафима Саровского – это не проявление веселости духа, это созерцание мира через опыт жизни, преображенной благодатью Духа Святого. Понимаешь, что смирение и благодать – это единственное основание жизни, и никакого другого основания в ней нет и быть не может. Потому, что Бог – смирен и благ.

Читайте также