Почему те, кто называет себя христианами, противостоят Церкви

Фото: mirtesen.com

Как и полагается христианам, нужно начинать с себя, потому давайте каждый задаст себе вопрос: что лично для меня означает быть христианином? Уверен, что большинство начнет с рассуждений наподобие: это значит верить в Христа, делать добрые дела, исполнять заповеди, взращивать любовь к Богу и ближним и т.п. Но вот если бы мы такой вопрос задали христианам первых веков, то большинство из них ответили, что быть христианином − значит принадлежать Церкви.

Думаю, нам не стоит напоминать, что Церковь является тем спасительным кораблем, на котором, переплыв житейское море, мы сможем все-таки добраться до тихой гавани Царства Небесного, однако же почему-то об этом мы нередко забываем. Очевидно, что приведенный пример говорит нам о поврежденности или недостаточности церковного сознания. Именно так рассуждает священномученик Илларион (Троицкий), день памяти которого православные почитают 28 декабря.

«Христианство – это звучит, как новокантианство или ницшеанство! Эта подделка Церкви христианством, как тонкий яд, проникает в сознание даже и церковного общества», – пишет владыка Илларион и, если вдуматься, очевидно, что он прав. Мы понимаем, что мы являемся членами Церкви, но не всегда чувствуем это. Нам же действительно более привычно ощущать себя именно христианами.

Принадлежность к христианству – понятие более размытое, ведь христианами себя считает много людей, даже те, кто противостоит Церкви и поднимает свою руку на нее.

Совсем другое дело – принадлежность к Церкви. Говоря формальным языком – это уже институциональная проблема.

Быть членом Тела Христова − значит жить по определенным правилам, притом, что правила эти затрагивают буквально все сферы жизни, а на такое согласится далеко не каждый. Тем более, что для человека, действительно следующего за Спасителем, недопустима будет сама мысль какого-либо противостояния Церкви или втягивания ее в политику, или использования для оправдания своих меркантильных целей. Естественно, что в истории можно найти всякие примеры, но мы же говорим не об аномалиях, а о том, как должно быть.

В результате складывается очень странная ситуация, странности которой многие попросту не замечают. Превратив Церковь в своих умах в отвлеченную и неопределенную идею христианства, многие люди стали считать себя специалистами в данной теме. В итоге в личном общении мне не раз приходилось сталкиваться с такими рассуждениями, абсурдность которых даже критиковать сложно, так как попросту не знаешь, с чего начать.

Говоря о своих современниках, священномученик Илларион, будто о наших временах, подмечает: «Это свойство гордого и себялюбивого человека: обо всём он рассуждает смело и самоуверенно, хотя в сущности не понимает того, что утверждает. Особенно ясно обнаруживается это в вопросах веры. Здесь все хотят быть учителями, апостолами и пророками. Здесь не смущаются даже своим полным невежеством. В других областях люди, ничего не знающие, предпочитают хоть молчать. Но в вопросах веры у нас теперь больше всего рассуждают и проповедуют те, кто меньше всего в этих вопросах понимает».

Описанные процессы владыка Илларион характеризует как отделение христианства от Церкви.

Люди от того и рассуждают так уверенно о Церкви и позволяют себе даже относиться к ней враждебно, потому что в головах их произошло такое разделение. Т.е. они думают, что можно быть христианином и при этом враждовать с Церковью.

В итоге получается, что те, кто с почтением отзывается о христианстве, могут практически не задумываться о Боге и о предстоящей вечности, что ничем другим как ненормальностью назвать нельзя.

«Люди, по метрикам звучащие "вероисповедания православного", – пишет владыка Илларион о своих современниках, – с каким-то непонятным злорадством указывают на действительные, а чаще на вымышленные, недостатки церковной жизни, не скорбят об этих недостатках… но именно злорадствуют».

Далее он говорит, что стали появляться люди, для которых клевета на Церковь превратилась в ремесло и средство заработка, и, что удивительно, все это именуют «прогрессивностью», и даже те, которые считают себя настоящими христианами, всему этому безобразию охотно верят.

Проблема такого положения дел, по мнению владыки Иллариона, обусловлена подменой в обществе идеи Церкви какими-то неопределенными величинами. В результате, люди перестали бояться быть отлученными от Церкви или, в силу своих поступков, оказаться вне ее пределов.

Тот, кто не задумывается о вечности, не боится ее потерять и не пытается ее достигнуть.

В сознании такого человека все христианство, в лучшем случае, сводится лишь к морально-нравственным нормам, а в худшем – и сами морально-нравственные нормы растворяются в плюрализме мнений: «У этих людей как бы постоянно анархический строй мышления; они или не способны, а чаще – просто ленятся продумать до конца свои мысли».

Священномученик Илларион (Троицкий), несмотря на большое временное расстояние, испытал влияние мысли священномученика Киприана Карфагенского, который в своих рассуждениях о Церкви был очень строг. Его знаменитые цитаты «Кому Церковь не Мать – тому Бог не Отец» и др. многим из нас хорошо знакомы. В таком же ключе мыслил и владыка Илларион. Критиковал он своих современников, но каждый может в его словах узнать и себя, и окружающих людей.

Очевидно, что нам стоит острее воспринимать нашу принадлежность Церкви, а от того больше ценить ее и проявлять верность, несмотря ни на какие бури и испытания. Иначе, какие же мы православные христиане?

Читайте также