Великая Среда: день предательства
Апостол Петр и Иуда. Фото: СПЖ
Великая Среда. Предательство Иуды и предательство Петра. Два невероятно схожих, но радикально разных деяния, однако главное различие между ними одно.
Апостол Петр
Петр предал Господа из малодушия, по большому счету, вся картина его мира разрушилась перед его глазами в одночасье. Три года он прожил бок о бок с Божественным Учителем. Сопутствовал ему на всех путях, внимал Его словам, исполнял Его повеления, проповедовал, исцелял больных, изгонял бесов. И всегда, абсолютно всегда Петр чувствовал себя за спиной у Христа. Ученику не о чем было беспокоиться, нечего было бояться, не в чем было сомневаться – с ним был Христос.
Христос был его миром, его жизнью, его всем. И, конечно, ученик не сомневался, что так будет всегда, да и могло ли быть иначе, ведь в Иисусе из Назарета он обрел Того, о Ком говорили Моисей и пророки. Следовательно, в тот момент, когда Петр с горячностью обещался пойти за Спасителем хоть на страдание, хоть на смерть, он был полностью честен и искренен.
Впрочем, самонадеянность неискренней и не бывает. Равно как и не бывает она ненаказуемой.
В привычной атмосфере, перед Христом, среди прочих учеников, Петр был уверен в себе, но уже через несколько часов все резко изменилось. Спаситель позволил взять Себя под стражу, ночь прошла без сна, а необходимость унять предрассветный озноб заставила войти в круг незнакомых и явно недружелюбных людей.
И здесь уставший, озябший, испуганный и сбитый с толку Петр оказывается бессильным против вопроса, который раз за разом повторяется все более настойчиво, громко и нагло.
Иуда
В предательстве Иуды малодушия, напротив, не было. Был простой расчет и холодный цинизм. Итак, Учитель ясно дал всем понять, что не собирается становиться царем. Однако Иуда с детства слышал и в синагоге, и от раввинов, что Мессия станет царем Иудейским, освободит свой народ от римского рабства и покорит ему всех необрезанных. Можно, конечно, и в словах раввинов усомниться, но ведь это все известно с деда-прадеда. Да и картинка слишком привлекательна для его сребролюбивой натуры, чтоб отказаться от нее.
Стало быть, Учитель – не тот, кого все ждут. Или тот? Нет, не тот – так думать выгоднее. Ну а если так, то почему бы не проявить гражданскую сознательность и не предать Его, обличающего фарисеев и не чтущего субботу? Тем более что за это еще и приплатят…
Исход у двух предательств тоже радикально разный. Предавший Господа из банальной человеческой слабости Петр раскаялся и был прощен Богом. Ставший предателем из подлости Иуда не сумел справиться с сознанием того, что способствовал казни невиновного, и свел счеты с жизнью.
Мы
Если вы полагаете, что за две тысячи лет многое изменилось, – не обольщайтесь. Сегодня перед нами стоит такой же выбор, как и перед апостолами в позапрошлом тысячелетии: сохранить верность Господу или предать Его.
Так уж вышло, что предательство из подлости в наше время стало нормой. Оцените, к примеру, как дружно и быстро отвернулись от Церкви политики, которые еще вчера приходили на наши службы, получали церковные награды и чуть не клялись, что они вместе с нами, что бы ни случилось, что они преданны Церкви и верны Господу. Где они теперь?
Нам же, верующим, необходимо стремиться избежать двух соблазнов: самонадеянности и малодушия. Самонадеянность, как мы знаем, приводит к падению, поэтому верные Богу должны хранить свою веру со смирением и надеждой на Бога. Другой соблазн – малодушие. Малодушный рано или поздно струсит, а такой, говоря словами Господа «не благонадежен для Царства Небесного». И если самонадеянный обязательно падет, то малодушный уже пал.
Нам ничего не остается, как только обрести решительность быть твердыми в вере и стойкими перед лицом соблазнов. Так вопиют к нам события Страстной Среды. Услышим ли?
Читайте также
Стеклянная стена: как манипуляция в храме крадет свободу и подменяет Бога
Манипуляция — древний инструмент выживания. Но встречаясь в Церкви, она ворует у людей драгоценный дар свободы.
Небесный полет отца Руфа: история летчика, ставшего лаврским насельником
Отказавшись от карьеры ради Бога, он прошел через тюрьмы и забвение, чтобы стать молитвенником Киево-Печерской лавры.
Шпион Бога: тринадцать суток под лампой
В камере ташкентского НКВД профессор хирургии прошел через «операцию», которой нет в медицинских учебниках. История тринадцатидневного допроса святителя Луки.
Демон на пороге: что Каин знал о молитве
Авель не произносит в Библии ни одного слова. Четыре главы – и полное молчание. Его единственная речь – голос крови из земли. Но иногда тишина говорит точнее любых слов.
Торжество православия: почему за золотом риз часто скрывается разочарование
О том, почему неофиты 90-х ушли в тишину, как распознать «темного двойника» Церкви и где на самом деле искать свет.
Свечной огарок и чистая совесть: история пономаря Саши
Маленькое искушение в большом мире войны. О том, как обычный сверток использованных свечей стал для юного алтарника мерилом честности и путем к победе над самим собой.