Алло, прачечная?
Министр культуры Александр Ткаченко. Фото: nv.ua
На день Киева глава Минкульта А. Ткаченко опубликовал рисунок, где Родина-Мать тычет факи. Сегодня Минкульт заявил о своей поддержке гомосексуалистов, разместив в соцсетях свой обновленный логотип с цветами ЛГБТ. А последние полгода Минкульт увлеченно сражается с Церковью, пытаясь выгнать ее из монастырей и храмов.
Считается, что культура – это «практическая реализация общечеловеческих и духовных ценностей». Как реализуются эти ценности сегодня в Украине?
Может быть, выходят высокохудожественные фильмы уровня Довженко, Параджанова или Быкова? Создаются условия для появления новых талантливых композиторов, художников, писателей? Нет, от слова «совсем».
«Общечеловеческие и духовные ценности» сегодняшнего минкульта – это пропаганда матерщины, а теперь – и содомии. Стоит ли удивляться, что нынешние минкультовцы не переносят Церковь?
Читайте также
Почему помощь онкобольным детям – угроза госбезопасности
Мы уже давно должны были привыкнуть к выходкам некоторых народных депутатов, особенно яростно ненавидящих УПЦ. Но они не прекращают удивлять.
Рамадан для власти ближе, чем Великий пост?
Неужели мусульмане и иудеи, которых в стране чуть больше процента населения, стали привилегированным классом? А ведь Украина считается христианской страной.
Молитва для Зеленского
Если Думенко сочиняет для похода в Раду молитву, где перечисляются отдельно президент, Рада и правительство, мы понимаем: эти слова адресованы не Богу, а людям, которые его пригласили в Раду.
ГЭСС: мусульман от ТСН защищаем, УПЦ – не замечаем
Власть бросается защищать горстку мусульман, принадлежащим к другим национальностям, но демонстративно не замечает травлю миллионов православных украинцев.
Стало известно, как ПЦУ использует захваченные храмы
В Корсунь-Шевченковском захваченный у УПЦ храм Спаса Нерукотворного члены ПЦУ используют как склад одежды.
Почему вор, кравший у ВСУ, может выйти из СИЗО, а владыка Арсений – нет?
Вор, кравший еду у солдат в военное время, имеет право выйти на свободу, а у архиерея, кормившего в Лавре сотни обездоленных беженцев, такого права нет.