Для тех, кто считает, что им нечего сказать на исповеди
Старец Филофей (Зервакос). Фото: hristospanagia.gr
Я не люблю Бога всею душею моею...
Не молюсь со вниманием, благоговением и умилением сердечным...
Во время богослужений, всенощного бдения и даже во время Божественной литургии и в страшный час совершения таин я стою в храме без страха Божия, без благоговения и внимания.
Часто я задерживаюсь умом на неподобающих предметах и вхожу в собеседование со скверными, нечистыми и хульными помыслами в сей страшный час Божественной литургии и во время других служб.
У меня нет глубокого, искреннего, деятельного покаяния, ни скорби о грехах моих, ниже слез.
Я не исповедуюсь с сокрушением сердечным и с полнейшим осознанием того, что, предстоя во время исповеди пред своим духовным отцом, я предстою перед Самим Вседержителем Богом и Ему Самому исповедую свои согрешения.
Я приступаю к таинству святого Причащения недостойно, без должной подготовки, с холодным сердцем...
Я не люблю своего ближнего как самого себя...
У меня нет настоящей любви и должного уважения к моему духовному отцу...
Не имею воздержания, терпения, кротости, смирения: согрешаю осуждением, злословием, ложью, многословием, шутками неподобными, смехотворством, возмущением, гневом, злопамятством, злобой…
Согрешаю чревоугодием, многоядением, лакомством, тайноядением.
Согрешаю всеми моими чувствами, зрением, слухом, вкусом, обонянием, осязанием.
Согрешаю словом и делом, волею и неволию, ведением и неведением, умом и сердцем.
От нерадения и разленения не соблюдаю себя от пожеланий скверных и нечистых.
Согрешаю гордостию, тщеславием, человекоугодием.
Согрешаю самолюбием, сребролюбием, многостяжанием.
Не храню свое сердце от всего лукавого и суетного, что препятствует общению с Богом.
Не отгоняю с надлежащей поспешностью скверные, нечистые, хульные, гордые помыслы.
Согрешаю ревностью и завистью, вспыльчивостью, гневом, желанием мести.
Я ленив и нерадив к выполнению своих обязанностей и к молитве.
Во всех этих грехах, которые я исповедал пред Богом и пред тобою, отец мой духовный, и в бесчисленных других моих согрешениях, совершенных мною и не исповеданных по забвению или по неведению, каюсь и прошу у Бога прощения. Прости меня и ты, отец мой духовный, и назначь мне молитвенное правило, соответствующее совершенным мною грехам.
Архимандрит Филофей (Зервакос), игумен Лонговардского монастыря на о. Парос († 1980)
Источник
Читайте также
Опьянение Богом: почему Исаак Сирин молился за демонов, не веря в вечный ад
Церковь вспоминает святого, чье богословие – это радикальный протест против сухих законов религии. О том, почему Бог не справедлив, а ад – это школа любви.
Что будет с христианством, когда оно перестанет быть оплотом цивилизации?
Западные демократии любят вспоминать о свободе вероисповедания… когда им выгодно. Когда нет – прекрасно дружат с гонителями христианства.
Скальпель и крест: Разговор с хирургом, выбравшим Бога в разгар террора
Ташкент, 1921 год. Профессор хирургии надевает рясу и идет в операционную. Я спрашиваю: зачем? Он отвечает, но не так, как я ожидал.
Бог, Который бежит навстречу
Мы иногда думаем о Боге как о строгом судье с папкой компромата. Но притча о блудном сыне ломает этот стереотип.
Зеркало для пастыря: Нравственность священника – это вопрос безопасности
4 февраля – память апостола Тимофея. Как больной юноша восстал против языческой оргии. Его единственное оружие – честность.
Бог на койке №2: Последний разговор с Нектарием Эгинским
Митрополит умирает в палате для нищих. Директор больницы не верит, что этот старик в грязной рясе – епископ. Что остается от человека, когда болезнь срывает все маски?