Диаконские будни: невидимый труд за закрытыми дверями алтаря

Диаконское служение. Фото: СПЖ

Диаконские будни, что нам известно о них? Как правило, прихожане храмов и монастырей имеют представление о том, что входит в обязанности священника, совершающего таинства в храме и вне его. А что входит в обязанности диакона, кроме того, что он помогает священнику во время служб, произносит молитвенные ектении, совершает каждения, верующие, как правило, понятия не имеют. Поделюсь с читателями своим скромным опытом соборного диакона.

​О том, что хранится в алтаре

​Несмотря на свой уже солидный возраст, в диаконском сане я около семи лет, и в первое время своих служений очень переживал, чтоб не наделать каких–нибудь непоправимых ошибок. Например, замывая потир, с которого со страхом Божиим мне благословлялось потреблять остатки Святых Даров — Тела и Крови Господних, я очень переживал: не дай Бог капнуть на Жертвенник или уронить частичку Тела.

​Мало того, Чашу следует замывать теплотой таким образом, чтоб была она идеально чистой, вытертой до блеска и готовой для следующей службы вместе со лжицей и вымытым ковшиком, накрыта платом и спрятана в сейф, где хранится вся литургическая утварь: потиры разных калибров, дискосы (тарелки с ножкой для Агнца), разноцветные покровцы, звездицы, платы, копие и др. инструменты для литургических служб. Ведь на одной службе в соборе причастие мирян может осуществляться сразу с четырех или пяти чаш. И все они должны быть абсолютно чистыми.

​Сам Престол, где почивает Господь и Ангелы Его, также должен быть в идеальном порядке и чистоте, накрытый специальным покрывалом (у нас из красного бархата), как и Жертвенник, и прозрачная художественной работы Дарохранительница, где хранятся Святые Дары Тела и Крови Господних для причащения на дому больных и немощных, состояние которых не позволяет им быть в храме на службе.

Так что, проходя мимо любого действующего храма, мы осеняем себя крестным знамением не только самому храму, но прежде всего Самому Господу, хранящемуся в нем в виде запасных Даров, которые заготавливаются в Великий пост на целый год.

​Все перечисленное мной, а также напрестольные Евангелия и кресты, богослужебная литература и разноцветные облачения самого Престола (в зависимости от службы) находятся под пристальным вниманием соборных диаконов. Заметьте, что на богородичные праздники Престол, как и облачения священнослужителей и покровцы на Святые Дары, должны быть голубого цвета; в пасхальный период и в праздники памяти мучеников — красного; в дни преподобных святых — зеленого; в рождественский период и богоявленский, а также в поминальные дни — белого; в остальные же праздничные и будничные дни — золотисто–желтого.

​Всю эту премудрость я со страхом, чтоб ничего не перепутать и хорошенько запомнить, постигал не один день. Попутно замечу, что во многих храмах, особенно сельских, диаконские обязанности берет на себя священник. И, поверьте, труды он несет огромные, чаще малооплачиваемые и подчас очень тяжелые. Так что любители кивать на «толстых попов на мерседесах» были бы весьма удивлены и разочарованы.

​Когда город еще спит

Задолго до утренней службы, когда горожане преимущественно еще спят, учиненный диакон спешит к закрытому храму с ключами, взятыми в дежурной комнате. Обширная территория нашего храмового комплекса со Свято–Ольгинским собором, храмом в честь св. благоверного князя Всеволода, в каждом из которых совершается две литургии в верхнем и нижнем приделах, воскресной школой для детей и взрослых, другими службами создавалась на протяжении более 30 лет.

Следует отметить, Свято–Ольгинский приход — один из крупнейших, если не самый крупный в Киеве, созданный трудами известного инженера–строителя, ныне почетного настоятеля 86–летнего протоиерея Всеволода Рыбчинского.

​Ольгинский собор окольцовывают семь огромных столетних дубов. По преданию, после революции 1917 года здесь под дубом была землянка одного киево–печерского священнослужителя по имени Израиль, который поселился здесь после закрытия Печерской лавры в 1923–м году, принимал жителей близлежащих хуторов и сел (теперь тут огромный жилой киевский массив) и предрек, по словам старожилов, что на месте сем будут воздвигнуты храмы Божьи.

​Предание повествует также, что инок этот, уходя от ареста ГПУ, отплыл на лодке через Днепр и на глазах провожавших его чудесным образом исчез на середине спокойного Днепра, будто растворился в воздухе. Очевидцы чуда сего в начале 1990–х рассказывали эту историю батюшке Всеволоду. Эпизод этот изображен на фресках в притворе храма св. благоверного князя Всеволода, во святом крещении Гавриила.

​Попутно замечу, что диаконский труд не из простых и требует не только физических, но и молитвенных усилий.

Вечером, накануне службы, как правило постясь, следует прочесть четыре канона, а рано утром, кроме утренних молитв, еще и молитвы ко причастию, внимательно ознакомиться с уставным расписанием и ссылками.

Когда диакон, открыв собор, переступает порог, его встречает в полумраке благодатная тишина. Сотворив три поклона, диакон облачается в подрясник, зажигает лампады, открывает сейф и приступает к подготовке к проскомидии, расставляя на жертвеннике все необходимое для литургии, подготавливает положенные зачала в напрестольном Евангелии и Апостоле.

​Вскоре в храм приходят юные пономари, второй или более (если положено) диаконы, служащий священник и сослужащие ему священники. Духовенство, перед облачением в богослужебные одежды, выходят перед иконостасом на солею храма, куда уже понемногу стекаются прихожане, и читают входное правило. Начинается первая часть литургии, именуемая проскомидией. Но об этом и самой литургии постараемся подробнее рассказать в следующем повествовании.

Читайте также