УГКЦ «способна выживать в преследованиях» – особенно если сама их не видит

Святослав Шевчук в университете им. Шевченко. Фото: УГКЦ

Святослав Шевчук в университете им. Шевченко. Фото: УГКЦ

Глава УГКЦ Святослав Шевчук провел в киевском университете круглый стол, посвященный Львовскому Собору 1946 года по воссоединению униатов с РПЦ. Собору, который в УГКЦ называют не иначе как с приставкой «псевдо», поскольку его инициировала и поддержала советская власть. Греко-католики после этого собора не исчезли, а ушли в подполье на 40 лет.

На встрече Шевчук провел параллели с нынешним положением униатов на территориях, подконтрольным РФ. Он пожаловался, что последний униатский священник выехал из Донецка в 2023 году, и община УГКЦ, которая возникла еще при СССР в 80-е, теперь не может молиться в своем храме.

«То, что разрешали даже в Советском Союзе, сегодня запрещают на оккупированных территориях», – посетовал глава УГКЦ, после чего подчеркнул, что «Церковь способна выживать даже в преследованиях».

И с этой фразой не поспоришь. Вот только здесь возникают некоторые недоумения.

Безусловно, жаль, что храм УГКЦ в Донецке не действует. Только вот священники УГКЦ уехали оттуда сами, греко-католиков на Донбассе – единицы, а территория находится под оккупацией. Да и странно требовать от РФ уважения к чьим-то религиозным правам, это же, как говорят у нас, «Мордор».

Но мы-то живем среди «светлооких эльфов» – и здесь ведь должно быть все иначе, не так ли? Давайте, вспомним, а что же на Западной Украине происходит с храмами УПЦ.

В 2022 году власти без всякой причины снесли Преображенский храм, теперь там пустырь. В 2023 году был снесен Владимирский храм во Львове. Власти Львовской и Ивано-Франковской областей объявили, что в их регионах полностью ликвидированы структуры и приходы УПЦ. Полиция, активисты и журналисты выслеживают прихожан, тайком собирающихся на богослужения по квартирам.

То есть эта ситуация ничем не отличается от той, что была у униатов после Львовского собора. И она, как минимум, не лучше той, что сегодня происходит на оккупированных территориях. Вот только на российские власти Шевчук повлиять не может, а на украинские – вполне. Одно-два его заявления в защиту УПЦ могли в корне поменять ситуацию, ведь УГКЦ на Западной Украине имеет безраздельное влияние.

Но мы до сих пор их так и не услышали. Потому все жалобы на прошлые и нынешние «притеснения» УГКЦ совершенно не убеждают.

Убить человека до рождения можно, после – нельзя. Почему?

Дети – это самая привилегированная часть общества. И в то же время в этом самом обществе детей официально позволено убивать – причем массово.

Награждение потомков большевиков в Лавре

Именно при заповеднике в Лавре издевались над мощами преподобных, устраивали в храмах музей атеизма, а в алтарях размещали туалеты.

«Выродки» и «тупые животные»: борцы с УПЦ добрались до детей

Историки, изучая наше время, будут недоумевать: как информационную политику огромной страны могли так долго определять настолько мелкие, злобные и ничтожные люди?

Убийство священника в Польше Зеленский видит, монаха в Святогорске – нет

Почему Зеленский так эмоционально и молниеносно реагирует на убийство католического клирика и глухо молчит об убийстве православного монаха?

Социологи насчитали, сети пересчитали: сколько реально прихожан у УПЦ и ПЦУ

Официальные социологи уверяют, что у структуры Думенко фантастическое преимущество по числу прихожан, а опросы в соцсетях показывают совсем иную картину. Кому верить?

Кто в Польше работает на Кремль? Версия ПЦУ, униатов и католиков

Кто в конфликте Польши и Украины «агентура Российской Федерации»? Зеленский, присвоивший имя УПА спеццентру ВСУ? Навроцкий, отобравший у него за это орден? Польские евродепутаты?