«Отмосковщить» ради единства: как Шевчук объединяет украинцев

Глава УГКЦ призывает к единству. Фото: СПЖ

Глава УГКЦ предупреждает, что внутренний раскол угрожает существованию Украины, и одновременно призывает бороться с «неправильными». Это когнитивный диссонанс или что-то большее?

В конце августа – начале сентября 2026 года глава УГКЦ Святослав Шевчук дважды подробно говорил о единстве украинцев.

27 августа вышел выпуск «Живого интервью» под названием «Единство – это условие выживания!». Собеседником Шевчука был Юрий Клюфас, президент украинско-канадского телеканала Kontakt TV.

Через неделю, 3 сентября, ресурс Левый берег опубликовал большое интервью, которое Шевчук дал журналистке Наталье Лебедь: «Россия сделает все для того, чтобы украинцы свою победу считали поражением».

В обоих разговорах Шевчук повторяет одну и ту же мысль: внутреннее противостояние сегодня так же опасно для Украины, как и внешний враг.

«Не воевать против украинцев»

В беседе с Юрием Клюфасом Шевчук прямо связывает единство с существованием государства: «Угрозой для нашей государственности является не только внешняя вооруженная агрессия, ежедневные атаки с воздуха на наши города и села, но и …> попытки перессорить украинцев между собой. Поэтому для нас единство …> это условие сохранения нашего государства и нашего народа сегодня».

Далее Шевчук вспоминает послание митрополита Андрея Шептицкого «Как строить родной дом?» и предупреждает об «атаманщине»: «Сегодня недостаток единства в украинском обществе может стать серьезной внутренней причиной, которая, к сожалению, способна повести нас по тому ошибочному пути, которым, к сожалению, пошли украинские деятели в прошлом, что и привело к утрате украинской государственности».

Говорит Шевчук и о многообразии: «Единство не означает, что все должны думать одинаково …> Единство, о котором идет речь, – это всегда единство в многообразии …> Слушая мнение даже моего оппонента, я могу увидеть действительность с другой стороны. И пусть тогда эти разные мысли, разные позиции нас не разделяют, а наоборот – взаимно обогащают».

В интервью LB эта формула звучит еще определеннее: «Задачей церковных деятелей является воспитывать наших людей в способности объединяться. Единство нам нужно для того, чтобы преодолеть наши внутренние неурядицы. Однако единство не означает, что мы все должны поддерживать одну политическую партию, что мы все должны одинаково думать. Некоторые думают, что единство – это отсутствие критики. Нет. Демократическое общество нуждается в свободной дискуссии».

Затем Шевчук произносит самую важную, на наш взгляд, фразу:

«Украинское общество должно также сделать еще кое-что. А именно – не проецировать свою боль и травму войны, а также ненависть к врагам внутрь нас самих. То есть не воевать против украинцев».

Мысль предельно ясна: украинцы могут быть разными, критиковать власть, спорить между собой, принадлежать к разным группам. Главное – не превращать внутреннего оппонента во врага. Под этим призывом можно подписаться обеими руками!

Но давайте посмотрим, как этот принцип работает, когда Шевчук говорит не об абстрактных украинцах, а о конкретных социальных группах.

«Отмосковщить» души и другие способы достижения «единства»

В том же интервью LB журналистка спрашивает Шевчука, не было ли ошибкой государства то, что УПЦ не «ликвидировали» сразу после начала полномасштабного вторжения.

Шевчук отвечает: «Думаю, определенной нашей слабостью было то, что мы вообще начали говорить о ликвидации какой-то Церкви. Это не очень правильно. Говорить нужно о защите чувств верующих от инструментализации стран-агрессоров».

И продолжает: «Что нам нужно сделать сейчас? Дерусифицировать и, я бы сказал, "отмосковщить" совесть и души многих украинцев, а для этого следует действовать на очень разных уровнях и измерениях».

Это уже разговор не о шпионах, коллаборантах или людях, совершивших конкретное преступление. Речь идет о сознании, совести и религиозной идентичности граждан. Получается своеобразное «единство в многообразии»: украинцу разрешено быть другим, но только до тех пор, пока Шевчук не сочтет необходимым его «отмосковщить». Так, что ли?

И еще: как глава УГКЦ собирается измерять «московскость» душ человеческих? И какими методами намерен их «отмосковщивать»?

Следующая фраза Шевчука в том же интервью не менее показательна: «Я помню, как после упомянутого вами закона именно нам, религиозным деятелям, пришлось объяснять всему миру, что ни в коем случае в Украине не сворачивается свобода совести. Что религиозная свобода не ограничена».

Это утверждение прямо противоречит фактам. Государство приняло закон, фактически направленный на запрет самой многочисленной конфессии в стране. В суде рассматривается дело о запрете Киевской митрополии. У верующих насильно отбирают сотни храмов, сотни священников УПЦ принудительно мобилизуют и отправляют на фронт, хотя каноны запрещают им брать в руки оружие. Вокруг УПЦ создана атмосфера ненависти и бездоказательных обвинений. И это называется свободой совести?!

15 июля 2026 года на встрече с делегацией Всемирного совета церквей Шевчук утверждал то же самое: «Будьте уверены: государственный закон… не направлен против какой-то одной конкретной Церкви».

Однако сам Всемирный совет церквей еще после принятия закона в августе 2024 года выражал глубокую обеспокоенность возможностью «неоправданного коллективного наказания целой религиозной общины» и риском подрыва общественной сплоченности.

То есть Шевчук убеждал в обратном представителей организации, которая еще два года назад публично заявила о своей тревоге именно по этому поводу.

Еще раньше, в декабре 2024 года, в интервью РБК-Украина Шевчук говорил о создаваемых в Европе православных общинах украинцев: «Из наших эмигрантов создать протестный потенциал, который потом будет протестовать против политики своего государства».

Никаких доказательств своим словам он, конечно же, не привел. Но важно другое: в одних интервью Шевчук говорит, что демократии необходимы критика и разные мнения, а в других представляет протест против политики государства как часть схемы «пророссийских олигархов».

Еще один пример двойных стандартов. В сентябрьском интервью LB Шевчук говорит о мобилизации: «Мы не хотим никого априори осуждать, потому что есть очень много разных случаев и разные причины для таких действий, но мы поддерживаем Вооруженные силы Украины и постоянно разъясняем, что уклонение от мобилизации – это невыполнение своего гражданского долга».

Но еще летом 2024 года из-за случайно включенного микрофона в прямой эфир попал его разговор с Александром Драбинко перед богослужением в Патриаршем соборе УГКЦ. Речь шла о сотрудниках, которые устанавливали в храме иконостас. Шевчук говорит: «Трудно с этими мастерами. Знаете, всех мобилизуют». Драбинко отвечает, что рабочие прячутся. На что Шевчук признается: «Мы даже их здесь немного прячем у нас. Они и живут, питаются все».

То есть, с одной стороны, глава УГКЦ называет уклонение от мобилизации невыполнением гражданского долга, а с другой – прячет нужных ему уклонистов. По крайней мере, именно это следует из его собственных слов.

2 сентября 2026 года Шевчук встретился с руководительницей направления «Демография и миграция» Института фронтира Ольгой Духнич и старшим аналитиком института Роксоланой Авраменко. Речь шла о демографическом кризисе, миграции и будущем украинского народа.

На этой встрече глава УГКЦ высказался за интеграцию мигрантов в украинское общество и заявил, что Украина строит новый тип политической нации: не «только для этнических украинцев», а принимающей всех, кто готов строить украинское государство.

Не будем заострять внимание на том, что опыт интеграции мигрантов в европейских странах, массово принимавших их в последние десятилетия, трудно назвать успешным. Показательно другое. Для решения демографической проблемы Шевчук предлагает привлекать мигрантов, то есть людей иной культуры, религии и менталитета. А миллионы украинцев – прихожан УПЦ (ведь именно о них шла речь в вопросе журналистки) – он предлагает «дерусифицировать» и «отмосковщить» на уровне «совести и души». Что делать с ними, если они не захотят «отмосковщиваться»? Выгнать из страны? Лишить прав? Объявить врагами народа?

Заключение: когда «единство» начинает раскалывать

В своих интервью Шевчук очень точно описал опасность, перед которой стоит Украина. Он сказал, что война ранила общество, что ее бремя распределено неравномерно, что накопившаяся боль может быть обращена против своих, что украинцы могут начать «воевать друг с другом».

Но его собственная риторика эту угрозу не уменьшает, а усиливает. Когда души одних украинцев предлагают «отмосковщить», других подозревают в создании за границей «протестного потенциала», а третьих обвиняют в невыполнении гражданского долга, – разве это не разжигает рознь и вражду в обществе?

Получается, что «единство» по Шевчуку означает не право разных людей оставаться частью одной страны и одного народа, а принятие той позиции, которую он считает правильной. Глава УГКЦ говорит о единстве и одновременно формирует образ «неправильных» украинцев. Причем эта «неправильность» у него вырастает именно на религиозной почве.

В интервью Шевчук ссылался на Шептицкого. Шептицкий, конечно, фигура неоднозначная. Но полезно будет прочитать его слова не в интерпретации Шевчука, а целиком. Они обличают Шевчука лучше любых комментариев.

Вот фрагмент послания митрополита Андрея Шептицкого «Как строить родной дом?» («Як будувати рідну хату?», декабрь 1941 года):

«В душе украинца есть глубокая и сильная воля иметь свое государство, но рядом с этой волей, возможно, существует столь же сильная и глубокая воля, чтобы это государство было именно таким, каким его хочет видеть партия, клика, группа или даже отдельный человек.

Ибо как иначе объяснить это роковое разделение между собой, эти споры, раздоры, ссоры, эту партийность, которая губит всякое национальное дело?! Как объяснить психологию столь многих горячих патриотов, деятельность которых имеет явно разрушительный характер?!

Отчасти это станет понятно, когда мы увидим, сможет ли Украина если не объединиться на религиозной почве, то хотя бы отказаться от чисто московской и даже большевистской нетерпимости, при которой родного брата начинают ненавидеть лишь потому, что в вопросах религии он думает иначе, чем мы.

Нетерпимость к инакомыслящим в вере… встречается у нас, к сожалению, настолько часто, что можно серьезно опасаться за будущее Украины; религиозные раздоры не только не смягчат национальные распри, но, возможно, сделают их еще более болезненными и глубокими».

Итак, «московская нетерпимость», по Шептицкому, – это ненависть к брату за то, что он иначе думает в вопросах веры. Именно ее сегодня и «насаждают» те, кто призывает «отмосковщивать» души.

Читайте также