Моим братьям, моим сёстрам — друзьям

Мои друзья, это открытое письмо к вам, в котором я буду говорить о себе и о моём пути. Этим письмом я хочу сказать вам нечто важное и очень личное для меня. О том, что не даст мне покоя, пока я не засвидетельствую это явно перед людьми. Я начну издалека, чтобы вам стали ясны мои мотивы и чтобы вы смогли лучше понять меня.

Часть I

«Один человек насадил виноградник и отдал его виноградарям, и отлучился на долгое время. И в своё время послал к виноградарям раба, чтобы они дали ему плодов из виноградника; но виноградари, прибив его, отослали ни с чем. Ещё послал другого раба; но они и этого, прибив и обругав, отослали ни с чем. И ещё послал третьего; но они и того, изранив, выгнали. Тогда сказал господин виноградника: что мне делать? Пошлю сына моего возлюбленного; может быть, увидев его, постыдятся. Но виноградари, увидев его, рассуждали между собою, говоря: это наследник; пойдём, убьём его, и наследство его будет наше. И выведя его вон из виноградника, убили. Что же сделает с ними господин виноградника? Придёт и погубит виноградарей тех, и отдаст виноградник другим» (Лк. 20:9-16).

Все знают, что вера без дел мертва (Иак. 2:26). И это очень правильно. Однако суть этих евангельских слов может быть еще шире и глубже, чем простое понимание необходимости добрых дел ради спасения души.

Ведь христианская вера — это не слепое доверие неясному, это не подчинение иррациональному, не бессмысленное существование или поклонение внешнему божеству, которого мы не видели и не знаем, но вынуждены ублажать.

Вера во Христа есть пребывание в неотвлеченном живом Слове, которое Иисус Христос воплотил собой. Оно опытно созидает всю нашу жизнь (Ин. 1:1-4). Поэтому наша христианская вера есть истинное внутреннее Слово, выражающееся в нашей любви и отношении ко всему бытию: внутреннему и внешнему, ближнему и дальнему, имманентному и трансцендентному. В этом суть веры. Она есть Слово в нас и для нас, чтобы мы Его воплощали.

На опыте жизни каждый из нас знает, что деятельная вера редко достигает совершенства в полноте. Тем, кто любит Господа хотелось бы совсем не грешить. Душе очень скорбно без Бога; душе невозможно вне Бога.

Я хорошо знаю, что такое грех. Я испытал его действие на себе многократно и очень ранил свою душу, от чего страдаю и по сей день. Я думал, что любовь по образу мира и признание среди людей — это главные ценности, которые можно получить за счет денег, тщеславного ума, внешности, одежды, статуса в обществе и прочих внешних вещей. Я страстно любил мир и женщин, не мог насытиться духом мира и грехом. Страсти во мне образовали страшный духовный голод и постепенно почти полностью вытеснили то Слово, которое составляет сущность христианской веры.

Именно в этом и заключается зло греха. Страсть и грех стремится занять место «Начала» (Ин. 1:1) в сердце и уме человека, а затем формирует и созидает его жизнь вместо Слова Божия.

Нет ничего постыдного в признании и исповеди собственных грехов и слабостей. Чувство стыда, вины и страха не должны быть главным мотивом нашей литургической жизни — общего дела людей в единстве Духа.

Я верю, что литургию необходимо понимать не только в качестве храмового богослужения. Слово, которое было в «Начале» воплотилось, но всё еще нуждается в ежедневном воплощении в каждом из нас. Поэтому «общее дело» христианской веры — это осуществление и воплощение Слова Божия всей своей личной жизнью.

Такое понимание веры и литургической жизни не противоречит церковности. Напротив, вера и литургия как воплощаемое Слово Божие служит экзистенциальным основанием для Церкви. Потому что Слово живёт в каждой личности, призванной к Жизни. Христос освобождает каждого из нас, даруя свободу Пути в Боге.

Грех и ложь противоречит Слову и желает занять Его место. Каждый раз, когда я грешу, страдаю я и все мои близкие, страдает весь мир. Потому что грех способен нарушить наше единство с Богом. В результате этого есть риск выпасть из общего литургического дела христианской жизни, так как мы перестаём выражать Слово Божие своей жизнью и живём против Него.

Неизбежно отчаяние от осознания того, что мы неспособны пребывать в Боге по причине личного греха, который разрушает и распинает Его Слово. Отчаяние от этой болезни во мне достигало высоких степеней. Особенно потому, что я не понимал, с чем имею дело. Я вытеснил Слово из своей души, вытеснил Слово из своей жизни. Но Оно было Жизнь. Естественно, я оказался во мрачной преисподней падших смыслов, испытывал отчаяние, опустошённость, обесто́ченность и отчуждённость жизни.

Но однажды я услышал колокол и как человек, которому нечего терять пришел в храм. Подобно тому, как раскалённый металл принимает удар с радостью, я принял удары Слова своим сердцем. После этого я понял и сказал: «я христианин».

Я христианин, и моя вера есть Слово Божие. Именно само́ живое Слово — не внешнее учение, не догматы, не обряды, не иконы, не каноны, не истории святых, не чудеса, не вера в ангелов.

Христу не понадобилось меня убеждать внешними чудесами, потому что он Сам коснулся моей души и избавил меня от ада, которым я жил. И это не общие слова, но точно соответствующая опыту действительность. Ад — это состояние души, которое я пережил не один раз. Рай — это состояние и исцеление, которое мне даровал Господь.

И вот, что же я увидел с момента, как я осознал своё сыновство и стал причастником Тела Христова. От одного отчаяния я почти пришел к другому: в Русской Православной Церкви происходит страшное искажение Слова христианской веры. Его мертвят канцеляритной речью, впутывают в политику, манипулируют в угоду власти над людьми, редуцируют до формализма, а порой и до обрядоверия и магизма.

Но самое страшное, что незаметно для меня самого во мне смещается источник жизни и духовный центр из сердца во внешнюю «сакральность»: в храмы, обряды, фигуры священнослужителей.

«Не сотвори себе кумира» (Исход 20:4).

Я страдаю от чувства, что моя личность в церкви подлинно никому не интересна и не нужна. От меня ждут лубочно-праведного поведения, устанавливают идеал безгрешности, который, при этом, невозможно осуществить, воспрещают самостоятельно мыслить, отнимают свободу. Я замечаю как деформируется моё поведение и в душе устанавливается патологический грехоцентризм. Наблюдаю это и в моих близких. Непонятно как, но кто-то мне внушает, что нет Спасения без формальной исповеди и причастия. Постоянно слышу: «быть в Церкви значит ходить в церковь».

Понимате ли вы, насколько вредны для личности зависимость и зависимые отношения? Они очень опасны и разрушительны.

Так изначальный свободный порыв ко Христу подавляется и превращается в какое-то преклонение перед церковностью, для которой святыня скорее в веществе — мощах, лампадном масле, иконах и прочем, — чем в живой личности.

Почему это происходит? Да, это также и мой личный грех. Так быть не должно.

Конечно, далеко не каждый священник относится к своей «пастве» сверху вниз. Многие понимают, что Дух живет, где хочет, многие искренне любят человека, не судят и не внушают ненависть к другим конфессиям под предлогом того, что они враги православия. Однако названные проблемы серьезны и широко влияют на жизнь Русской Православной Церкви далеко за пределами России. К великому сожалению, многие из этих проблем относятся и к историческому православию в целом.

Часть II

В ночь на 24 февраля 2022 года Российская Федерация начала войну против Украины. Московский Патриархат не осудил войну и не призвал к совести своё государство. Напротив, патриарх Кирилл одобрил этот страшный грех братоубийства.

Что же происходит с Русской Православной Церковью? Кажется, теперь Христа здесь гонят всеми силами, истины слышать не хотят, друг друга не любят, дружбы не знают, мирян и простых священников принимают за бессловесный скот, дидактизм перешёл в деспотизм, извращены понятия послушания и свободы, лучших и достойных священников одним щелчком лишают сана по неканоническим причинам, а по сути за то, что они проповедуют Евангелие и заповедь «не убей».

«Я, нижепоименованный, призываемый ныне к служению пресвитерскому (диаконскому) обещаюсь и клянусь Всемогущим Богом...» (из текста Священнической присяги в Русской Православной Церкви).

«А Я говорю вам: не клянись вовсе: ни небом, потому что оно престол Божий, ни землёю, потому что она подножие ног Его»! (Мф 5:34-35).

Обязательно надо прощать грехи друг другу, но это ни в коем случае не означает, что грех сам по себе приемлем. Все эти перечисленные дела неприемлемы для христиан, несовместимы с Церковью. Но особенно неприемлема целенаправленная подмена внутреннего Слова. Когда взамен Жизни предлагается языческая смерть на поле боя; когда искажается экклезиология, центром которой становится «традиция», «иерархия», «территория», т.н. «храмовое божество», «обряды», «грех», «этнофилетизм», «власть», а теперь еще и «насилие». Невыносимо слышать призывы к войне, в которой гибнут десятки тысяч молодых людей. И, наконец, нельзя терпеть и молчать, когда в церкви создаётся антихристианская идеология, или, иными словами, ересь, насильственного «Русского триединого мира», в которой декларируется необходимость уничтожения свободы Украинского государства и целого его народа! Какое слово воплощают эти люди?

«Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам в овечьей одежде, а внутри суть волки хищные. По плодам их узнаете их» (Мф. 7:15-16).

Я прошу всех простить меня за то, что я обличаю дела земной церкви, будучи далеко не совершенным человеком.

Должен сказать, что я не сразу нашел в себе силы признать зло злом, не сразу во мне появилось точное отношение к происходящему. Во мне смешалось много чувств и мыслей. Я был глубоко обижен на украинское государство за то, что оно притесняет Украинскую Православную Церковь и не препятствует насилию в её отношении со стороны крайних националистических сил.

Говорят, что нет грехов Церкви, но есть грехи против Церкви. С этим я склонен согласиться. Однако я больше не выношу происходящего и не могу находиться в духовном общении с людьми, которые убивают Господа в ближнем и в самих себе сознательно.

Часть III

Мои дорогие друзья, братья и сёстры во Христе, я имел намерение навсегда прервать своё общение с Московским Патриархатом, включая нашу Эстонскую Православную Церковь, которая поминает патриарха Кирилла своим «Великим Господином и Отцом». В очередной раз я был до боли и отчаяния огорчён делами Московской Патриархии, представители которой являются авторами текста т.н. «Наказа XXV Всемирного русского народного собора».

Но только благодаря тому, что в нашей Церкви всё еще звучит голос Истины, не принимающий и не сообщающийся с делами тьмы, я не иду на крайнюю меру и готов потерпеть это внешнее зло.

Говорю «внешнее», потому что люди, ведущие войну и внушающие убийственную ненависть к православной Украине или вообще какому-либо народу, уже выпали духовно из литургической жизни Церкви, сущность которой в Слове, которое они попрали.

Надеюсь, что вслед за Украинской Православной Церковью мы вскоре перестанем возглашать руководителем человека, словом которого руководствоваться нельзя. Убежден, что это будет честнее перед Богом, потому что номинализм и формализм чужд природе Церкви.

Я остаюсь в Эстонской Церкви, потому что люблю её всем сердцем. Остаюсь в надежде на то, что мы будем расти вместе, преображаясь в простых, добрых и приветливых людей, которые умеют искренне любить, нелицемерно дружить, а также стараются понимать и уважать друг друга.

Часть IV

Мы получили крещение от Слова Божия через Его Учеников в воде и Духе. Мы верим, что наша Церковь подлинна, несмотря на отдельные грехи и болезни, потому что природа Церкви не от людей, но живёт в людях.

Причастие — это таинство Любви, благодаря которой личности переживают духовное единение во Христе. Церковное причащение — это символическое преломление хлеба с теми, кого любишь и с кем находишься в одном Духе. Как же преломлять хлеб с тем, кто ненавидит брата? Заповедь любви настолько важна, что дана даже в отношении врага, потому что любовь есть единственный Свет, а ненависть — всяческая тьма.

«Кто ненавидит брата своего, тот находится во тьме, и во тьме ходит, и не знает, куда идёт, потому что тьма ослепила ему глаза» (1 Ин 2:11).

Я верю, что подлинная церковность — это выражение личной внутренней и свободной Жизни в причастности Христу и друг другу. Поэтому церковность может иметь множество свободных и живых форм. Историческая церковность не является абсолютной. В Символе веры не идёт речь о вере в форму, но в саму сущность. И это логично, потому что нет необходимости верить в явленную действительность. Христианская вера всегда предполагает Слово Божие. Нельзя Его подменять церковностью, которая без Сущности есть ничто.

Я призываю всех сегодня молиться об Украинской Православной Церкви, которой грозит большая опасность ввиду агрессивной насильственной политики Российской Федерации и Московской Патриархии.

Молюсь о нашей стране, эстонском обществе и каждом христианине Православной Церкви без исключения.

Хочу сказать, что не нужно отчаиваться: Церковь есть Царствие Слова Божия внутри нас. Этого не отнять.

Всем, кто читает это письмо я искренне желаю обрести мир и тихую радость о Господе Иисусе Христе. Остаюсь для всех вас другом и братом.

Часть V

Я свободен и верю, что вне Свободы нет спасения, ибо этой свободой является сам Господь.

«Поверь Мне, наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу» (Ин. 4:21).

«Но настанет время, и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине, ибо таких поклонников Отец ищет Себе» (Ин. 4:23).

«Итак, если Сын освободит вас, то истинно свободны будете» (Ин. 8:36).

«Господь есть Дух; а где Дух Господень, там свобода» (Ин. 8:36).

В этом и есть мой Путь, который я выбираю сегодня. Только благодаря этой внутренней вере, я могу выдержать происходящее. Церковь есть Царствие Слова Божия и внутри нас есть. Мы Им живы и Его осуществляем своей литургической жизнью, которая есть вся наша неразделённая жизнь.

О Царствии Божием нельзя сказать: «“вот, оно здесь”, или: “вот, там”. Ибо вот, Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк. 17:20-21).

Друзья, нам нечего бояться. Никто не в силах отнять у нас общения со Христом, кроме нашего личного греха, который стремится занять место Слова Божия в сердце и хочет пасти нас, как бессловесных животных дорогой в погибель.

«Может ли быть отнята у сильного добыча, и могут ли быть отняты у победителя взятые в плен? Да! так говорит Господь: и пленённые сильным будут отняты, и добыча тирана будет избавлена; потому что Я буду состязаться с противниками твоими и сыновей твоих Я спасу» (Ис. 49:24-25).

2024, Таллинн

Читайте також